COVID-19: КазахстанБизнес и экономика

Пандемия: индустрия красоты и развлечений на грани банкротства

Дарья Пышмынцева, корреспондент:

— Старые, пожелтевшие, пыльные афиши, на которых застыли новинки фильмов начала 2020-го. Похожую картину сейчас можно увидеть практически у всех кинотеатров Петропавловска. Они проработали всего несколько месяцев этого года, прежде чем закрыться из-за пандемии коронавируса. Даже выручку толком сделать не успели. Вот по кому точно COVID-19 ударил со всей силы.

Шанс на успех, если его можно так назвать, у североказахстанских кинотеатров в 2020-м был несколько раз. Летом, а затем осенью. Но, вопреки желаниям, чем ближе они были к открытию, тем больше случаев COVID-19 становилось в нашем регионе.

Из-за вируса надежды на возобновление работы у владельцев кинотеатров таяли, и продолжают делать это по сей день. Сауле Мусабаева мечтает, чтобы то же самое произошло с ее почти миллиардным кредитом, который она рассчитывала «отбить» за три года. Бизнесвумен взяла его для открытия нового, современного кинопространства в городе.

Сауле Мусабаева, директор кинотеатров:

— Банки сейчас, конечно, идут нам навстречу, они предоставили возможность отсрочки, но это ведь не может быть бесконечно. Это очень сложная ситуация. Наши работники сейчас все остались без работы. Мы действительно бьем тревогу. Мы собирали зум-конференции с министром культуры и пытались выходить на все инстанции, чтобы дали нам возможность работать.

Такая возможность сегодня есть у кинотеатров в 4-х городах страны. Петропавловские бизнесмены взяли с них пример и закупили все необходимое для безопасной работы в карантин. Понадобятся ли все эти атрибуты и когда — уже совсем другой вопрос.

По словам Сауле Мусабаевой, сейчас многие владельцы казахстанских кинотеатров всерьез задумываются о том, чтобы признать себя банкротами. В шаге от этого решения и Диан Мустафин. 2020-й его, впрочем, как и других владельцев банкетных залов региона, вогнал в состояние глубокого шока.

Все, что мы видим в этом зале, — итог многомиллионного ремонта. Вот только, когда Диан вкладывался в него своими деньгами и средствами банка, не знал, что не заработает здесь ни копейки. Не был готов и к тому, что распустит персонал заведения. К слову, его содержание осенью и зимой — удовольствие не из дешевых.

Диан Мустафин, владелец банкетного зала:

— В месяц мы оплачиваем в среднем около 150 тысяч тенге за коммунальные услуги, их тоже надо зарабатывать, с чего-то оплачивать. На сегодняшний день единственное, что мы видим, — подстраивание под текущие санитарные условия, переход на режим питания людей. Есть риск того, что может быть полный крах. Скорее всего к допандемическому уровню мы не вернемся и уже рассчитывать на тои, как отдельную категорию бизнеса, наверное, не придется.

За права банкетных залов всю пандемию бьется областная профильная ассоциация. В какой-то момент там добились определенных сдвигов. Правда, потом их «смыла» вторая волна коронавируса. Исполнительный директор объединения перечисляет условия и требования, по которым они согласились работать.

Андрей Фролов, исполнительный директор ассоциации рестораторов и отельеров СКО:

— Любой банкет нужно согласовывать, нужно будет согласовывать с санитарными врачами. Это первое и самое главное. Списки гостей, их локация, откуда они приезжают. Ежечасная термометрия, в том числе в период самого мероприятия. Предоставление полного доступа в любое время проведения мероприятия членов мониторинговой группы. Весь персонал, артисты должны быть в масках.

Непонятно, захотят ли североказахстанцы такого праздника с тотальным контролем, как и то, одобрят ли санврачи выше описанные правила в нынешних условиях. В них, несмотря на определенные требования и возможность работать, внушительные убытки терпит и фитнес-индустрия.

Даже самые устойчивые ее представители сейчас, скорее, в минусе, чем в плюсе. Казалось бы, сколько для такого бизнеса могут стоить 4 месяца простоя? Фитнес-менеджер Ляззат Утеева, рассказала, что в их зале доходы догонят расходы, в лучшем случае, через пять лет.

Ляззат Утеева, фитнес-менеджер:

— На текущий момент мы заработали 30% от прибыли за соответствующий период прошлого года. На данный момент мы работаем с загрузкой 50% от нашей проектной мощности. Соответственно, у нас ограничено количество посещений. Потеряли мы клиентов. Это те люди, которые опасаются за свое здоровье, не посещают общественные места.

А как государство помогает пострадавшим из-за пандемии бизнесменам, и должно ли оно вообще это делать? Вопрос тоже немаловажный.

Медет Оспанов, руководитель управления индустриально-инновационного развития СКО:

— До 1-го января продлено освобождение от уплаты налоговых и прочих платежей, который воспользовались более 16 425 субъектов, на общую сумму около 10 млрд тенге. В государственных объектах, где находится бизнес, они до конца года освобождены от уплаты аренды и коммунальной платы. Таким правом воспользовались около 200 субъектов бизнеса. Что касается объектов частной собственности, сейчас рассматривается снижение.

В случае с кредитами, а они есть у большинства бизнесменов, вопросы с банками решаются в индивидуальном порядке, рассказал Медет Оспанов. Как правило, финансовые институты идут на уступки. Они — лишь временная мера. При этом, когда закончится пандемия, не понятно. Не известно и то, кто из бизнесменов ее переживет.

 

 

Дарья Пышмынцева